Родился Георгий Марков в селе Ново-Кусково Томской области в многодетной семье охотника Мокея Маркова, который впоследствии стал организатором первой коммуны на Васюгане.
Подростком Георгий стал свидетелем, как в Причулымье пришла Советская власть и начались великие перемены: на местах бывших охотничьих и рыбацких станов, заброшенных скитов стали появляться посёлки лесодобытчиков и горняков, одиночные крестьянские наделы объединялись в коллективные хозяйства.
Тринадцатилетний Марков вступает в комсомол и сразу же становится активным селькором газет «Томский крестьянин», «Красное знамя», «Путь молодёжи». Позже он был выдвинут на комсомольскую работу, трудился в Сибирском краевом комитете комсомола, в Новосибирском и Томском горкомах комсомола. В 1930—1932 годах учился на вечернем отделении Томского государственного университета. Как журналист был редактором юношеского журнала «Товарищ» и краевой газеты «Большевистская смена», издававшихся в Новосибирске. В 1936 году переезжает в Иркутск, там наряду с журналистской работой руководит литературной студией при областной библиотеке.
Судьбы людей таёжного края в эпоху преобразований глубоко волновали Маркова. Вместе с журналистскими текстами он исподволь, но дерзновенно берётся за написание большого романа.

Роман «Строговы» задумывался и создавался Георгием Марковым как произведение исторического жанра. События в нём начинаются на исходе XIX века в сибирском селе Волчьи Норы и развиваются в течение первой четверти ХХ века, когда происходят глобальные потрясения, в корне меняющие весь уклад жизни сибирского крестьянства.
Работу над первой книгой романа двадцатишестилетний Марков завершает в 1937 году. Руководитель Иркутского отделения Союза писателей Иван Молчанов-Сибирский, который стал первым читателем и критиком «Строговых», предложил опубликовать несколько глав из рукописи. Марков позднее вспоминал: «Столкнувшись с профессионалом литературного дела, из его беглых, как бы необязательных суждений я понял, что подготовить главы для публикации будет непросто… Я обнаружил в них недомолвки или, наоборот, длинноты, короче сказать — снова сел за рукопись и не отрывался от неё ещё месяцев шесть. Только после поездки в Москву, когда мою рукопись прочитали П. А. Павленко, И. Э. Бабель и А. С. Макаренко, я принёс Ивану Ивановичу обещанные главы из романа». Они появились под псевдонимом Егор Дубрава в первом номере иркутского литературно-художественного альманаха «Новая Сибирь» за 1938 год. Решение печататься под псевдонимом начинающий писатель объяснял так: «Я только пробую себя в литературе. Если получится, вернусь к родительской фамилии».
История отдельного издания первой книги романа не лишена интриги. Маркова очень тревожила неопределённость: в Москве рукописи предстояло пройти до публикации долгий путь — получить оценки редакторов центральных издательств, известных литературных критиков и писателей. В то же время в Иркутске были заинтересованы в издании романа именно в Сибири. Предчувствуя приближение большой войны, Марков стремился, чтобы издание «Строговых» успело увидеть свет до того, как «будет не до литературы». В итоге, первое отдельное издание романа вышло в свет в Иркутске в 1939 году. В октябре этого же года Иркутское областное отделение Объединения государственных книжно-журнальных издательств РСФСР заключило с Георгием Марковым договор на издание второй книги романа «Строговы», выход которого предполагался в 1941 году.

Первая книга романа вызвала большой интерес. Её высоко оценили читатели, в первую очередь сибиряки, за правдивые образы земляков, красоту описаний местной природы и глубину осмысления революционных событий, происходивших в Сибири. Профессиональные критики и писатели, отмечая недостатки, признавали, что «Строговы» являются большим творческим достижением Георгия Маркова как с художественной, так и с идеологической точки зрения. Во время дискуссий сюжет нередко сравнивали с «Тихим Доном» Михаила Шолохова, при этом в сибирском колорите романа видели проявление самобытности автора. Сохранившиеся в архиве Георгия Маркова документы читательской конференции, которая состоялась 30 марта 1941 года в городской библиотеке города Черемхово Иркутской области, и стенограмма обсуждения романа в Союзе советских писателей 25 апреля 1941 года дают представление о впечатлениях читателей и суждениях писательской среды.

Среди критиков и среди читателей было немало тех, кто с нетерпением ждал продолжения «Строговых». Пожелания скорее завершить написание романа встречаются даже в автографах на книгах, подаренных Маркову коллегами по писательскому цеху. Сам писатель был погружён в работу, но тревожные предчувствия его не обманули: началась Великая Отечественная война, иркутские писатели объявили в газете «Восточно-Сибирская правда» о своей мобилизации, и вместе с другими Георгий Марков был призван в ряды Красной Армии. С июля 1941 по декабрь 1945 Марков служил на востоке, был специальным корреспондентом газеты «На боевом посту» Забайкальского фронта, которая в 1945 г. носила также название «Суворовский натиск». Он принял участие в походе через Хинган и в разгроме отборных соединений Квантунской армии в августе 1945 г. Все военные годы Марков не прерывал работу над второй книгой «Строговых».

Вторая книга «Строговых» вышла в свет в 1946 году в Иркутском областном издательстве. 6 апреля 1946 года в Союзе советских писателей состоялось обсуждение романа в целом. В полном объёме роман появился в 1948 году в издательстве «Советский писатель». Он принёс писателю по-настоящему большой успех и тысячи восторженных писем от читателей; высоко его оценит и критика — в 1952 году роман отметят Сталинской премией третьей степени. Продолжение романа, где рассказывается о судьбе следующих поколений семьи Строговых, Марков создавал с 1954 по 1960 год. Эта часть эпопеи получила название «Соль земли».

Среди героев романа «Строговы» особенно колоритным и полюбившимся читателям стал образ сибирского охотника-следопыта деда Фишки. Он неотъемлемый участник практически всех событий деревенской, «таёжной» части сюжета. Их кульминацией стали главы о боях периода Гражданской войны, в которых дед Фишка выступает в качестве проводника и помощника красных партизан, возглавляемых Матвеем Строговым. Именно эти главы вошли в отдельное иллюстрированное издание для детей «Дед Фишка», которое неоднократно переиздавалось, в том числе сибирскими издательствами.

Для воплощения на экране эпизода со штурмом кедровника съёмочная группа Ленфильма отправилась на малую родину автора и сценариста Маркова. Руководил процессом один из режиссёров, Геннадий Александрович Беглов. Съёмки проходили в окрестностях села Богашёва, в Богашёвском кедровнике. Здесь снималось ключевое событие сюжета романа, когда крестьяне Волчьих Нор впервые вступают в решительную борьбу с местными кулаками, которые хотят отобрать у односельчан общественный кедровник. В массовых сценах снимались не только актёры томских театров — основными участниками стали школьники, студенты, отдыхающие из ближайшего дома отдыха, пенсионеры.

В Томском областном краеведческом музее им. М. Б. Шатилова хранится коллекция фотографий, на которых запечатлены моменты этих съёмок — работа операторов, гримёров, руководство массовкой и другие. На страницах томской областной газеты «Красное знамя» в статье «Внимание: съёмка!» известный томский журналист Борис Бережков описал, как снимались массовые сцены в Богашёвском кедровнике, и привёл слова режиссёра Геннадия Беглова о том, что это важнейшие сцены фильма, потому что главный его герой — народ.

«Строговы» Георгия Маркова — в слове и в фильме — остаются значимым и самобытным художественным осмыслением истории сибирского края.